Обзор Arco: наводящий на размышления поворот в жанре соларпанк

      В своём полнометражном дебюте «Арко» Уго Бьенвеню вносит уникальный, заставляющий задуматься поворот в жанр соларпанк. Он показывает нам тот тип устойчивой утопии, которого ожидаешь от этого жанра: чистый воздух, пышные сады, процветающая дикая природа и города в облаках (подумайте о квартире Джека и Виктории из «Обливиона», только с куда большей зеленью). Но вместо того чтобы противопоставить этот рай нашему современному обществу, Бьенвеню смещает свою отправную точку на 50 лет — к миру, который отчаянно пытается приспособиться к свирепым лесным пожарам и библейским штормам и оплакивает свою неспособность действовать, когда это было важно. Это небольшое, но пронзительное изменение перспективы, которое придаёт игривому приключению в центре фильма отрезвляющее ощущение непредсказуемости.

      Действие начинается в далёком будущем, где человечество не только освоило основы устойчивого образа жизни, но и научилось летать (и по времени, и по пространству), используя энергию радуг. Десятилетний Арко (озвучивает Джулиано Вальди) хочет присоединиться к полётам, чтобы увидеть динозавров, но он ещё слишком мал, чтобы летать. Не унывая, он крадёт плащ сестры и особый летающий кристалл и бросается в облака. После сцены временного искажения в духе «2001», где его тело вытягивается до состояния спагетти и превращается в нечто вроде психоделического человеческого головастика, он пронзительно проламывается через облака и падает в лес. Там его находит молодая девушка Ирис (Роми Фэй), которая сообщает ему, что он вернулся в прошлое, но не так далеко, как рассчитывал. Год — 2075-й.

      По сравнению с идиллическим миром Арко, 2075-й оставляет желать лучшего. Здесь много зелёных зон и футуристичных автомобилей, и, похоже, человечество интегрировало разумных роботов в повседневную жизнь (в роли строительных рабочих, нянь и сотрудников экстренных служб), не самоуничтожившись при этом. Но сообщества также полностью во власти стихий: экстремальная погода воспринимается как нежеланная, но не искоренимая черта изменившегося климата, а ограничения на количество одинаковых товаров, которые можно купить в продуктовом магазине, свидетельствуют о том, что в практиках устойчивого питания достигнуто немного прогресса. Это слишком знакомое общество блаженного, часто сознательного невежества, и оно вряд ли движется в приятном направлении, что хорошо известно Арко.

      На этом хаотичном фоне Ирис и Арко отправляются на поиски особого кристалла, который Арко потерял при крушении и который является его единственным средством вернуться домой. Далее следует классическое приключение — спуск в подземный мир и возвращение, со всеми странными типажами персонажей, которые это предполагает. Главными из них являются героический помощник в лице преданной няньки-бота Микки (в зловеще слившемся вокальном дуэте Натали Портман и Марка Руффало) и неожиданно приветливые злодеи — братья Дуги (Уилл Феррелл), Стюи (Энди Самберг) и Фрэнки (Фли), посвятившие свою жизнь выслеживанию и погоне за легендарными радужными людьми; их неуклюжие махинации служат идеальным фоном для зарождающейся дружбы Ирис и Арко.

      Сходств между «Арко» и «Инопланетянином» немало и они выходят далеко за рамки сюжета. Тема сломанных семей, вновь ставших целыми, которая проходит через многие фильмы Спилберга, имеет здесь явный эквивалент: Арко стремится воссоединиться с родителями, потерянными в будущем; а Ирис хочет вновь быть с родителями, которые работают в городе и навещают её только по выходным (хотя они любезно появляются вечером в доме в виде голограмм). Эта спилберговская параллель начинает рушиться к концу фильма, когда вариация Бьенвеню на эту тему переходит от межличностного к политическому: восстановление нуклеарной семьи переосмыслено как лишь один элемент более масштабного воссоединения человечества с Матерью-Землёй.

      Это стремление к мирному сосуществованию также отражено в деликатном звуковом оформлении «Арко», где тёплые струнные партии партитуры Арно Тульона уравновешиваются естественной звуковой палитрой — щебетанием птиц и шелестом листьев. Не менее продуманы и кинематографические приёмы Бьенвеню. Кадр в фас, где Ирис и Арко сидят на скамейке, быстро превращается в динамичную картину, когда Ирис поворачивает голову, и мы видим на заднем плане подслушивающих разговор ребят Дуги, Стюи и Фрэнки. Это прекрасное наслаивание не только образов, но и атмосфер — надежда на переднем плане и бедствие на заднем. Это навевает на мысль то, что Бертран Бонелло называл «состоянием лимбо» в своём фильме «Кома» (со-продюсером которого был Бьенвеню): чувство, которое испытывает столь многие молодые люди — быть пойманными между оптимизмом и пессимизмом, смотреть на проблемы мира и ощущать бессилие, но ещё не готовыми отказаться от надежды.

      «Арко» покажут в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе в рамках недельных отборочных показов, начиная с пятницы, 14 ноября, а в широкий прокат фильм выйдет в январе 2026 года.